Алло! автор книги: Аркадий Аверченко об авторе подробно жанр книги: Юмор Классика серия: Черным по белому добавлена: 18.12.2012

- «     оценка: н/д     » + 1   2   3   4   5 «хуже     ваша оценка     лучше» скачать для Palm OS PDB размер: 7 Кб скачать для Pocket PC TXT размер: 5 Кб

о книге: Из сборника «Черным по белому», Санкт-Петербург, 1913 год. Аркадий Тимофеевич Аверченко (1881-1925) — прозаик, драматург, журналист и критик, автор множества юмористических рассказов. Смех Аверченко не искореняет исконных человеческих слабостей и пороков, а лишь таит в себе иллюзорную надежду на их искоренение. И поскольку эти слабости и пороки долговечны, долговечен и порождаемый ими смех.

отрывок из произведения: ...Мышьяк при некоторых болезнях очень полезное средство; но если человека заставить проглотить столовую ложку мышьяку — оба бесцельно погибнут. И человек, и мышьяк. Трость очень полезная вещь, когда на нее опираются; но в ту минуту, когда тростью начинают молотить человека по спине — трость сразу теряет свои полезные свойства. Что может быть прекраснее и умилительнее ребенка; природа, кажется, пустила в ход все свое напряжение, что-бы создать чудесного, цветущего голубоглазого ребенка. Кто из нас не любовался ребенком, не восхищался ребенком; но если кто-нибудь начнет швыряться из окна четвертого этажа ребятами в прохожих — прохожие отнесутся к этому с чувством омерзения и гадливости. Я не могу себе представить ничего более полезного, чем иголка. а попробуйте ее проглотить? Этим я хочу только сказать, что хотя шилом не бреются и ручкой зонтика не извлекают попавших в глаз соринок, но разговаривать по телефону безо всякой нужды больше получаса — на это находятся охотники. И они не видят в этом ничего дурного. Иногда ко мне по телефону звонит барышня. Я умышленно не называю ее имени потому, что у всякого человека есть своя барышня, которая ему звонит. Характер такой барышни трудно описать. Она не обуреваема ни сильными страстями, не заражена большими пороками; она не глупа, кое-что читала. Если несколько сот таких барышень, подмешав к ним кавалеров, пустить в театр — они образуют собою довольно сносную театральную толпу. На улице они же образуют уличную толпу; в случае какой-нибудь эпидемии участвуют в смертности законным процентом, ропща на судьбу в каждом отдельном случае, но составляя, в то же время, в общем итоге, «общественное мнение по поводу постигшего нашу дорогую родину бедствия». Никто из них никогда не напишет «Евгения Онегина», не построит Исаакиевского собора, но удалять их за это из жизни нельзя — жизнь тогда бы совсем оскудела. В книге истории они вместе со своими кавалерами занимают очень видное место; они — та белая бумага, на которой так хорошо выделяются черные буквы исторических строк. Если бы не они со своими кавалерами — театры бы пустовали, издатели модных книг разорялись бы, а телефонистки на центральной станции ожирели бы от бездействия и тишины. Барышни не дают спать телефонисткам. В количестве нескольких десятков тысяч, они ежечасно настоятельно требуют соединить их с номером таким-то. К сожалению, никто не может втолковать барышням, что личный разговор лицом-к-лицу — это письмо, которое можно растягивать на десятки страниц; а разговор по телефону — телеграмма, которую посылают в случае крайней необходимости, экономя каждое слово. Пусть кто-нибудь из читателей попробует втолковать это барышне, — она в тот же день позвонить ко мне по телефону и спросить: правда ли, что я на писал это? Как я вообще, поживаю? И правда ли, что на прошлой неделе меня видели с одной блондинкой? — Вас просят к телефону! — Кто просит? — Они не говорят. — Я, кажется, тысячу раз говорил, чтобы обязательно узнавали, кто звонит? — Я и спрашивал. Они не говорят. Смеются. Ты, говорят, ничего не понимаешь. — Ах ты, Господи! Алло! Кто у телефона?! Говорит барышня. Отвечает: — О, Боже, какой сердитый голос. Мы сегодня не в духе? — Да нет, ничего. Это просто телефон хрипит, — говорю я с наружной вежливостью. — Что скажете хорошенького? — Что? Кто хорошенькая? С каких это пор вы стали говорить комплименты? — Это не комплимент. — Да, да, — знаем мы. Всякий мужчина, преподнося комплимент, говорит, что это не комплимент. Чрезвычайно, чрезвычайно жаль, что она не видит моего лица...

Ваше мнение будет первым.

Чтобы писать комментарии вам нужно
авторизоваться (войти) или зарегистрироваться