Короли у себя дома автор книги: Аркадий Аверченко об авторе подробно жанр книги: Юмор Классика серия: Дюжина ножей в спину революции добавлена: 26.12.2012

- «     оценка: н/д     » + 1   2   3   4   5 «хуже     ваша оценка     лучше» скачать для Palm OS PDB размер: 4 Кб скачать для Pocket PC TXT размер: 3 Кб

о книге: Аркадии Аверченко — известный прозаик и драматург начала двадцатого века, благодаря своему острому, сатирическому перу писатель получил известность как «король смеха». Аверченко положительно отнесся к падении монархи, но не принял Октябрьской революции, которая представлялась ему «полупьяным детиной с большой дороги», и именно в такую революцию хочется воткнуть дюжину ножей. «Дюжина ножей в спину» главным образом посвящен непростому послереволюционному времени, жизни российских обывателей, стремящихся избежать потрясений времени. В своем творчестве Аверченко доводит ситуацию до абсурда, но в основе самых нелепых и смешных ситуаций у него всегда лежит абсурдная российская действительность того периода.

отрывок из произведения: ...Все почему-то думают, что коронованные особы — это какие-то небожители, у которых на голове алмазная корона, во лбу звезда, а на плечах горностаевая мантия, хвост которой волочится сажени на три сзади. Ничего подобного. Я хорошо знаю, что в своей частной, интимной жизни коронованные особы живут так же обывательски просто, как и мы, грешные. Например, взять Ленина и Троцкого. На официальных приемах и парадах они — одно, а в своей домашней обстановке — совсем другое. Никаких громов, никаких перунов. Ну, скажем, вот: Серенькое московское утро. Кремль. Грановитая палата. За чаем мирно сидят Ленин и Троцкий. Троцкий, затянутый с утра в щеголеватый френч, обутый в лакированные сапоги со шпорами, с сигарой, вставленной в длинный янтарный мундштук, — олицетворяет собой главное, сильное, мужское начало в этом удивительном супружеском союзе. Ленин — madame, представитель подчиняющегося, более слабого, женского начала. И он одет соответственно затрепанный халатик, на шее нечто вроде платка, потому что в Грановитой палате всегда несколько сыровато, на ногах красные шерстяные чулки от ревматизма и мягкие ковровые туфли. Троцкий, посасывая мундштук, совсем, с головой, ушел в газетный лист; Ленин перетирает полотенцем стаканы. Молчание. Только самовар напевает свою однообразную вековую песенку. — Налей еще, — говорит Троцкий, не отрывая глаз от газеты. — Тебе покрепче или послабее? Молчание. — Да брось ты свою газету! Вечно уткнет нос так, что его десять раз нужно спрашивать. — Ах, оставь ты меня в покое, матушка! Не до тебя тут. — Ага! Теперь уже не до меня! А когда сманивал меня из-за границы в Россию, — тогда было до меня!.. Все вы, мужчины, одинаковы. — Поехала! Троцкий вскакивает, нервно ходит по палате, потом останавливается. Сердито: — Кременчуг взят. На Киев идут. Понимаешь? — Что ты говоришь! А как же наши доблестные красные полки, авангард мировой революции?.. — Доблестные? Да моя бы воля, так я бы эту сволочь…

Ваше мнение будет первым.

Чтобы писать комментарии вам нужно
авторизоваться (войти) или зарегистрироваться