Из литературных воспоминаний, Н Г Чернышевский автор книги: Владимир Сергеевич Соловьев об авторе подробно жанр книги: Мемуары Разное добавлена: 29.01.2008

- «     оценка: н/д     » + 1   2   3   4   5 «хуже     ваша оценка     лучше» скачать для Palm OS PDB размер: 18 Кб скачать для Pocket PC TXT размер: 11 Кб

о книге: Владимир Сергеевич Соловьев — крупнейший представитель российской религиозной философии второй половины XIX в., знаменитый своим неортодоксальным мистическим учением о Софии — Премудрости Божьей, — учение! послужившим основой для последующей школы софиологии. Мистицизм Соловьева, переплетающийся в его восприятии теорией универсума — «всеединства», — оказал значительное влияй на развитие позднейшего русского идеализма.

отрывок из произведения: ...Все это не требовало бы никакого объяснения, если бы эти люди принадлежали к одной партии, группе или направлению с осужденным. Но если в первые годы царствования Александра II, когда освободительные реформы еще только подготовлялись, все люди, искренно желавшие этих реформ, составляли одну большую партию, где различия в образе мыслей, насколько они уже успели определиться, намеренно да и невольно сглаживались в виду общей цели, то в то время, которое я теперь вспоминаю, дело стояло уже иначе. Главная насущная цель была достигнута, люди разных принципов и идеалов враждебно столкнулись на дальнейшем пути и, независимо от старинной противоположности «славянофилов и западников», резко обозначилось в самом «западничестве» существенное несогласие между идеалистами-либералами «сороковых годов» и реалистами-радикалами «шестидесятых годов». Корш и Кетчер были чистейшими правовернейшими «людьми сороковых годов», живыми памятниками знаменитых «кружков in der Stadt Moskau»*. Немецкая философия и Шекспир продолжали быть для них высшими откровениями всемирного смысла; к движению шестидесятых годов они могли относиться только враждебно и нисколько не старались смягчать этой вражды. Особенно Корш всячески изощрялся в более или менее язвительных насмешках над новейшими идеями и «последними словами» радикальной мудрости. Могло, правда, представляться как будто некоторое связующее звено между направлением «отцов» и стремлениями «детей», именно в лице Герцена. Но, во-первых, он был далеко, вне России, и, во-вторых, та умствен __________ * В городе Москве (нем..).Ред. ная подвижность, благодаря которой Герцен самолично пережил всю тридцатилетнюю эволюцию идей от гегельянства до социал-демократии,эта умственная подвижность Герцена не была уделом его московских друзей; их «эволюция» теоретически остановилась на сороковых годах, а практически завершилась 1861-ым годом, когда они, сочтя главное сделанным, решительно разошлись с своим заграничным другом. А с петербургскими деятелями нового направления они не имели никаких личных связей, которые бы смягчили противоречия в образе мыслей. Что касается до моего отца, то, как человек с самыми положительными верованиями в области религии и как убежденный «государственник», он, конечно, был еще дальше от господствующего направления 60-х годов. Почему же печальная судьба Чернышевского — самой значительной головы в этом враждебном и, во всяком случае, чуждом и не сочувственном им лагере,так поразила и возмутила этих людей? Конечно, они были слишком благородны, чтобы радоваться чьему бы то ни было несчастью. Но, если бы они считали это несчастье заслуженным, они могли бы «по человечеству» пожалеть о пострадавшем, указать на какие-нибудь «смягчающие обстоятельства» — и успокоиться. Но откуда это необычайное волнение, почему эти люди выведены из себя? Отчасти я могу понять причину из тогдашнего разговора, особенно из слов отца, который говорил больше своих собеседников. Впоследствии дело выяснилось для меня вполне...

Ваше мнение будет первым.

Чтобы писать комментарии вам нужно
авторизоваться (войти) или зарегистрироваться