Буржуазная пасха автор книги: Аркадий Аверченко об авторе подробно жанр книги: Юмор Классика серия: Черным по белому добавлена: 19.12.2012

- «     оценка: н/д     » + 1   2   3   4   5 «хуже     ваша оценка     лучше» скачать для Palm OS PDB размер: 11 Кб скачать для Pocket PC TXT размер: 7 Кб

о книге: Из сборника «Черным по белому», Санкт-Петербург, 1913 год. Аверченко Аркадий Тимофеевич — русский писатель, журналист, редактор журнала «Сатирикон», один из самых известных сатириков начала XX века. В авторском сборнике «Черным по белому» Аверченко рисует замечательную галерею образов русской жизни. Образов острых и смешных, иногда нелепых, иногда вызывающих сочувствие, но неизменно ярких, великолепно поданных талантом автора.

отрывок из произведения: ...Трое бездельников проснулись на своих узких постелях по очереди… Сначала толстый Клинков, на нос которого упал горячий луч солнца, раскрыл рот и чихнул так громко, что гитара на стене загудела в тон, и гудела до тех пор, пока спавший под ней Подходцев не раскрыл заспанных глаз. — Кой черт играет по утрам на гитаре? — спросил он недовольно. Его голос разбудил спавшего на диване третьего бездельника — Громова. — Что это за разговоры, черт возьми, — закричал он. — Дадите вы мне спать или нет? — Это Подходцев, — сказал Клинков. — Все время тут разговаривает. — Да что ему надо? — Он уверяет, что ты недалекий парень. — Верно, — пробурчал Громов, — настолько я недалек, что могу запустить в него ботинком. Так он и поступил. — А ты и поверил? — вскричал Подходцев, прячась под одеяло. — Это Клинков о тебе такого мнения а не я. — Для Клинкова есть другой ботинок, — возразил Громов. — Получай, Клинище! — А теперь, когда ты уже расшвырял ботинки, я скажу тебе правду: ты не недалекий человек, а просто кретин. — Нет, это не я кретин, а ты, — сказал Громов, не подкрепляя, однако, своего мнения никакими доказательствами… — Однако, вы тонко изучили друг друга, — хрипло рассмеялся толстяк Климов, который всегда стремился стравить двух друзей, и потом любовался издали на их препирательства. — Оба кретины. У людей знакомые бывают на крестинах, а у нас на кретинах. Хо-хо-хо! Подходцев, если у тебя есть карандаш, — запиши этот каламбур. За него в журнале кое-что дадут. — По тумаку за строчку — самый приличный гонорар. Чего это колокола так раззвонились? Пожар, что ли? — Грязное невежество: не пожар, а Страстная суббота. Завтра, милые мои, Светлое Христово Воскресенье. Конечно, вам все равно, потому что души ваши давно запроданы дьяволу, а моей душеньке тоскливо и грустно, ибо я принужден проводить эти светлые дни с отбросами каторги. О, мама, мама! Далеко ты сейчас со своими куличами, крашеными яйцами и жареным барашком. Бедная женщина! — Действительно, бедная, — вздохнул Подходцев. — Ей не повезло в детях. — А что, миленькие: хорошая вещь — детство. Помню я, как меня наряжали в голубую рубашечку, бархатные панталоны и вели к Плащанице. Постился, говел… Потом ходили святить куличи. Удивительное чувство, когда священник впервые скажет: «Христос Воскресе!» — Не расстраивай меня, — простонал Громов, — А то я заплачу. — Разве вы люди? Вы свиньи. Живем мы, как черт знает что, а вам и горюшка мало. В вас нет стремления к лучшей жизни, к чистой, уютной обстановке, — нет в вас этого. Когда я жил у мамы, помню чистые скатерти, серебро на столе. — Ну, если ты там вертелся близко, то на другой день суп и жаркое ели ломбардными квитанциями. — Врете, я чистый, порядочный юноша. а что, господа, давайте устроим Пасху, как у людей. С куличами, с накрытым столом и со всей, вообще, празднично-буржуазной, уютной обстановкой. — У нас из буржуазной обстановки есть всего одна вилка. Много ли в ней уюта? — Ничего, главное — стол. Покрасим яйца, испечем куличи… — А ты умеешь? — По книжке можно. У нас две ножки шкафа подперты толстой поваренной книгой. — Здорово удумано, — крякнул Подходцев. — В конце концов, что мы не такие люди, как все, что ли? — Даже гораздо лучше...

Ваше мнение будет первым.

Чтобы писать комментарии вам нужно
авторизоваться (войти) или зарегистрироваться