Рыбья карта автор книги: Сергей Владимирович Диковский об авторе подробно жанр книги: Современная проза Приключения добавлена: 08.10.2015

- «     оценка: н/д     » + 1   2   3   4   5 «хуже     ваша оценка     лучше» скачать для Palm OS PDB размер: 8 Кб скачать для Pocket PC TXT размер: 5 Кб

о книге: Сергей Владимирович Диковский — русский советский писатель, прозаик, очеркист, журналист. Родился в семье художника. После окончания средней школы (1924) работал курьером, хористом в опере, расклейщиком афиш, носильщиком на вокзале, библиотекарем. В печати Диковский начал работать с 1925, сначала репортером газеты «Красное Черноморье» (Новороссийск), затем фельетонистом в газете «Молодой ленинец». С 1929 Диковский, находясь в рядах Особой Краснознаменной Дальневосточной армии, принимал непосредственное участие в боях на Китайско-Восточной железной дороге. Первые очерки Диковский были напечатаны в дальневосточной газете «Отпор» (Чита). С этого времени основной темой творчества стала жизнь Дальнего Востока. Тема Дальнего Востока оставалась основной в творчестве писателя на протяжении всей его жизни.

отрывок из произведения: ...Трое суток я ехал степью, среди неоттаявших пашен и мертвой, высокой травы. Шел март. Лед еще резал у берега рыбацкие каюки [каюк — плоскодонная лодка], но голубые чистые тропки уже разбегались из лиманов к повеселевшему морю. Все чаще и чаще попадались мне старые байды, изнемогавшие под тяжестью ветра и рыбы, темные конусы соли и чаны, полные льда и тарани. Я объезжал лиман, разыскивая Григория Гончаренко, неутомимого следопыта тарани и сельди. Старика знали всюду. Но легче было встретить осетра в грудах камсы или тюльки, чем седую голову Гончаренко среди тысяч ловцов, населяющих берега урожайного моря. Судя по рассказам соседей, он был неистов в погоне за рыбой. Настоящий морской охотник — упрямый и крепкий, как мореный дубок. Трудно было сказать, когда Гончаренко обедал, где спал и сушил сапоги. Он жил на краю Кущевки в щегольской хате, крашенной голубой крейдой. Я заезжал туда дважды, и каждый раз жена Гончаренко — рослая сутулая старуха в ватнике и железных очках — отвечала сурово: — У мори... А море дышало туманом, и тысячи байд, похожих друг на друга, как овцы в степи, паслись между Азовом и Керчью. — Бабусю... бабусю, где же он ночует? Глухая, а быть может, упрямая, она повторяла все тем же суровым баском: — Кажу вам... у мори. И снова навстречу коню бежали столбы, и звонкий шлях, и ветлы с мелкими брызгами зелени. Я продолжал погоню вдоль берега, от костра к костру, от пристани к пристани, надеясь застать Гончаренко в родной обстановке, среди тарани и влажных сетей, на фоне азовской воды, — и не мог угнаться за парусом. Однажды совсем близко поднялся передо мной столб дыма. Я кинулся к берегу, но ветер уже заметал следы Гончаренковой байды. Наконец дрожки вытрясли из меня последние остатки терпения. Я хотел уже вернуться в Азов, когда в плетенку подсел пропыленный дядько, подпоясанный обрывками сети. — Кажуть, вы тоже по Гончаренкину душу? — спросил он, обрадовавшись. Тоди идемо до Кущевки. И мы снова помчались к знакомому дому с флюгерком из сухого осетра, где пятый день Гончариха грела на печке шерстяные носки. Спутник мой оказался ходоком из-под самого Мариуполя. Ехал он действительно «по Гончаренкину душу», с трудным заданием переманить удачливого бригадира в рыбацкий колхоз «Долг моряка»...

Ваше мнение будет первым.

Чтобы писать комментарии вам нужно
авторизоваться (войти) или зарегистрироваться