Юродивый автор книги: Орест Сомов об авторе подробно жанр книги: Классика добавлена: 22.01.2008

- «     оценка: н/д     » + 1   2   3   4   5 «хуже     ваша оценка     лучше» скачать для Palm OS PDB размер: 29 Кб скачать для Pocket PC TXT размер: 17 Кб

о книге: Сомов Орест Михайлович (10 или 11.12.1793 — 27.5.1833). Писатель. Родился в Харьковской губернии. Отец — капитан Михаил Лукич Сомов, мать — Аграфена Андреевна Стойкина. Воспитывался в Харьковском университете. Первое его стихотворение напечатано в 1816 в «Украинском вестнике», в 1818 переехал в Петербург, один из первых литераторов-профессионалов, в 1819 совершил поездку за границу. Активный сотрудник практически всех выходивших тогда периодических изданий, его творчество развивалось под сильным влиянием идей декабристов, в 1824-1826 столоначальник в правлении Российско-Американской компании, где правителем канцелярии был К.Ф. Рылеев. Член Вольного общества российской словесности (сотрудник — 13.5.1818, действительный член — 24.5.1820).

отрывок из произведения: ...Весело ехал молодой офицер из одной загородной деревни, где провел день в самом приятном кругу — в кругу гостеприимных хозяев, милых их дочерей и пяти или шести молодых своих товарищей. Он спешил на ночь в город, потому что на другой день должен был идти в караул. Луна, верная спутница летних ночей украинских, сыпала серебряный свет свой на рощицы, на холмы и поля и рисовала взору прелестные картины, дополняемые пылким воображением. Лихая тройка коней быстро несла каткие дрожки офицера. Вдруг, на повороте около одного оврага, что-то черное, лежавшее почти на самой дороге, мелькнуло в глаза пугливых коней; кони всполохнулись, рванулись и, не чуя вожжей кучера, бросились в сторону с большой дороги, по рытвинам и кочкам. Кучер слетел с своего места, офицер почти вслед за ним — и кони скоро скрылись из глаз. Не чувствуя никакого ушиба, Мельский — так назывался офицер — встал, отряхнулся и пошел отыскивать своего кучера, которого скоро нашел также на ногах и в добром здоровье. Оба они упали на мягкий чернозем и разделались только невольным своим полетом. Поздно было искать лошадей; да и где их найти? Почему офицер, со всею беспеч-ностию молодых лет, оставя на произвол судеб коней своих и колесницу, захотел узнать, что было причиною их испуга. — Иван,говорил он кучеру, шедшему вслед за ним,как ты думаешь, чего испугались лошади? — Помилуйте, сударь, да как и не испугаться: на дороге лежала целая стая волков! — Трус! Недаром говорят: у страха глаза велики. — Да право, сударь, их было по крайней мере пары две или три. — Перестань болтать пустое; если б это были волки, то ужли ты думаешь, что они и не пошевельнулись бы в то время, когда мы со стуком пронеслись мимо них? — Воля ваша, сударь, а я сам видел с полдюжины глаз, которые горели, как уголья. — Полно, полно! Ты видел в траве какого-нибудь светляка или и вовсе ничего не видал. Ступай за мною: пойдем доведываться, что там было. — Да как, сударь! При мне ни топора, ни большого ключа от колес: все это в дрожках. — При тебе твой кнут, а за поясом вижу у тебя большой складной нож: этого очень довольно. Ступай за мною, и больше ни слова. Не смея ослушаться своего барина, Иван пошел за ним, взяв в обе руки оба свои оружия, повеся голову и ворча себе под нос. Мельский и сам из предосторожности вынул шпагу и окидывал взором дорогу впереди себя. Небольшого труда стоило ему отыскать черное страшилище Ивана и лошадей: то был человек; он лежал на краю дороги, поджав ноги под платье и укутав голову рукою, и, казалось, спал крепким сном, — Вставай, пьяница, — кричал ему Мельский, толкая его под бок носком сапога. — Пьяница? Не я пьяница, а твои глаза охмелели,отвечал грубый, хриповатый голос. — Вставай же, покамест тебя не подняли неволею. — Оставь меня! Тебе завидно, что я здесь сплю в чистом поле, и самому приходит охота полежать на сырой земле. А вот, подожди с недельку, тогда и я в свой черед тебе помешаю... — Ну, как хочешь, приятель, а я тебя вытрезвлю,сказал Мельский, принимая его за пьяного, который грезил с хмеля...Иван, подними его! — Не дотрагивайся до меня, хам! — сказал мнимо пьяный и поспешно встал на ноги. Это был человек высокого роста, с щетинистою бородою и всклокоченными на голове волосами. Лицо его было бледно и сухо и при лунном свете казалось как бы мертвым; мутные, бродящие глаза его показывали, что голова его не в самом здоровом состоянии. — А, да это наш полоумный,вскричал кучер, очнувшись от страха,в городе зовут его Василь дурный. — Дурный — —подхватил Василь, передразнивая кучера.Правда, Василь не обижает бедных лошадей и не продает их сена и овса на сторону, не бьет понапрасну бедного козла на конюшне, не ходит в кабак по ночам и не бранит тайком своего барина. Василь боится бога, ходит в церковь, читает молитвы и поет стихиры; Василь живет подаянием, а боже избави его красть или обманывать. Во всю эту речь кучер стоял как сам не свой, повеся голову и утупя глаза в землю, как будто искал чего-то под ногами. Мельский между тем улыбался и поглядывал то на кучера, то на полоумного, который стоял без шляпы, в черном, длинном платье толстого сукна, сшитом наподобие монашеского подрясника; подпоясан он был узким ремнем с железною ржавою пряжкою; обуви на нем вовсе не было; в руке держал он длинную палку с вырезанными на коре ее узорами...

Ваше мнение будет первым.

Чтобы писать комментарии вам нужно
авторизоваться (войти) или зарегистрироваться