Вариант автор книги: Николай Гарин-Михайловский об авторе подробно жанр книги: Классика добавлена: 02.05.2009

- «     оценка: н/д     » + 1   2   3   4   5 «хуже     ваша оценка     лучше» скачать для Palm OS PDB размер: 51 Кб скачать для Pocket PC TXT размер: 30 Кб

о книге: Николай Георгиевич Гарин (настоящая фамилия — Михайловский) родился 20 февраля 1825 года в Петербурге. После окончания Ришельевской гимназии в Одессе поступил в Петербургский институт путей сообщения. Работал на строительстве Сибирской железной дороги. В80-х годах, увлекшись народничеством, поселился в деревне, но вскоре в идеях народников разочаровался и начал сотрудничать с большевистскими изданиями «Самарский вестник» и «Вестник жизни». В 90-х годах прошлого века Гарин опубликовал несколько десятков рассказов, среди которых «Вариант», «На практике» и др. Особенно известной стала трилогия «Детство Темы»(1892), «Гимназисты» (1893) и «Студенты» (1895). В начале 900-х сотрудничал со сборником «Знание». Результатом многочисленных путешествий Гарина стали очерки «Вокруг света», «По Корее, Маньчжурии и Ляодунскому полуострову. Умер Николай Георгиевич Гарин-Михайловский 10 декабря 1906 года, в Петербурге.

отрывок из произведения: ...Зима подходила к концу. На одном из участков новостроящейся дороги шли деятельные приготовления к предстоящему весной открытию работ. Начальник участка Кольцов, уже после окончательных изысканий, закончившихся предыдущим летом, затеял изменить направление линии. Это изменение обещало серьезные сбережения, и Кольцов с двумя молодыми инженерами, проработав всю зиму в поле, напрягал все усилия закончить все работы к предстоящей через две недели сдаче подрядов. Торопиться нужно было для того, чтобы успеть провести и утвердить вариант до торгов и этим впоследствии избавиться от претензий подрядчиков на тему, что их подвели, что они понесли убытки вследствие уменьшения работ, и результатом таких претензий была бы неизбежная приплата подрядчикам казной 20 % сбереженной против подрядов суммы. Дни в усиленной полевой работе, вечера за вычерчиванием планов и профилей, короткий отдых — в последнее время три-четыре часа в сутки — изнурили и утомили Кольцова и двух его товарищей. Особенно подался Стражинский. Он так похудел, что жена Кольцова говорила, что у Стражинского остались одни глаза. Стражинский за зиму нажил себе страшный ревматизм; в последнее время еще простудился, кашлял и производил крайне ненадежное впечатление. Несмотря на двадцать семь лет, волоса его заметно стали седеть. Его изящная, стройная фигура сгорбилась, красивое лицо осунулось, и только большие выразительные глаза выиграли, — они то зажигались лихорадочным, раздраженным огнем, то грустно-безнадежно смотрели на окружающих. Спокойный, воспитанный, он теперь едва сдерживал свое беспричинное раздражение. — Вася, не мучь ты Стражинского, — говорила Кольцову в редкие минуты отдыха его жена, — право, по временам плакать хочется, глядя на него. — Ну, что же делать, — отвечал Кольцов. — Мне назначено девять человек, из них прислали только двух, а остальных оставили пока при Управлении. Вот скоро кончим, тогда дам ему хоть на месяц отдых. Ведь и я и Татищев так же работаем. — Ты и Татищев здоровые, а он совсем не вашего поля ягода. — А я тут при чем, — возражал Кольцов. — Не вводить же казну в миллионные убытки оттого, что Стражинский не на своем месте. Вот скоро кончим, тогда… И Кольцов опять убегал в контору. Там, в сырой, осенью только отделанной комнате, служившей прежде кладовой, занимались Стражинский, Татищев и Кольцов. В сыром накуренном воздухе было угарно и тяжело. Стражинский работал молча, напряженно, не отрываясь. Только нервное подергиванье лица выдавало его раздражение. Татищев работал свободно, без напряжения. — Экое отвратительное помещение, — ворчал Татищев, водя рейсфедером по бумаге и беспрестанно отбрасывая шнурок пенсне. — Да, гадость, — согласился Кольцов. — Гораздо лучше было нанять дом Мурзина, — ворчал опять Татищев. Немного погодя Татищев опять заговорил: — Невозможный рейсфедер, линейки порядочной нет. Вот этим рейсфедером я уже второй миллион экономии дочерчиваю. Хоть бы рейсфедер новый. — Невозможные инструменты! — вставил Стражинский. — Хоть бы в пикет сыграть, — продолжал Татищев, помолчав. — Некогда, некогда, — отвечал Кольцов. — Кончим вариант, тогда и будем играть, сколько хотите. — Никогда мы его не кончим, — отвечал Татищев и вдруг весело, по-детски расхохотался. — Вы чего? — поднял голову Кольцов. Татищев продолжал хохотать. — Мне смешно… И Татищев опять залился веселым, добродушным смехом...

Ваше мнение будет первым.

Чтобы писать комментарии вам нужно
авторизоваться (войти) или зарегистрироваться